Потребительская кооперация  в России

Во времена    успешного социалистического строительства российской экономики, потребительская кооперация развивалась и хорошо конкурировала в сельскохозяйственной отрасли, в образовательной сфере, в торговом обслуживании членов потребительской кооперации.

Так, в 1991 году, потребительская кооперация   представляла собой экономически крепкую организацию с развитой материально-технической базой, квалифицированными кадрами, объединяющую более 22 млн. пайщиков. Перестройка политического и экономического курса в России принесла разруху и практическое уничтожение огромного экономического потенциала российским потребительским кооперации, которое продолжается и в настоящее время.

Однако вернёмся в начало зарождения потребительской кооперации в России.

Потребительская кооперация дореволюционной (1917 г.) России

Предыстория кооперативов в России связана с именами декабристов, объединившихся  на сибирской каторге в «Большую артель» — полукооперативную потребительскую организацию на уставе с целью взаимопомощи.

В 1827 году декабристы—сидельцы Читинского острога организовали на Петровском заводе первый в империи потребительский кооператив под названием «Большая артель». А в 1831-м был принят ее устав из 106 параграфов: добровольность, равноправие, демократизм, обязательность паевого взноса, тайное голосование, отчетность правления и ревизионной комиссии перед пайщиками и т. д. Устав разработали Иван Пущин, Александр Одоевский, Евгений Оболенский, Дмитрий Завалишин, Александр Поджио, Михаил Митьков, Петр Муханов.

То, чего декабристам не удалось добиться на Сенатской площади, они воплотили на каторге.

Первоначальной целью артели была закупка оптом товаров, которые были в дефиците в суровой Сибири. Но вскоре декабристы занялись еще и общепитом, производством сельхозпродукции и ее сбытом, ссудокредитными операциями. Работали мастерские (пошив одежды и обуви), баня, прачечная, парикмахерская, аптека.

К началу Первой мировой войны потребительские кооперативы пронизывали все сословия российского общества

Кооператив просуществовал до 1839 года, когда сидельцы отмотали срок. Но еще более 50 лет многие из них оставались пайщиками «Малой артели» — ссудосберегательного кооператива, помогавшего декабристам, которые оставались в Сибири в качестве ссыльных. Кроме того, «Малая артель» обслуживала местных ремесленников и рабочих — выдавала льготные ссуды под вполне современные 24% годовых (в те времена ростовщики ссужали под 120%). Выходит, что российская потребкооперация старше мировой на 13 лет — и это в отсталой крепостнической стране.

Стоит сказать, что такие слова, как «порука», «складчина», «артель», пришли из древности. Историк Олег Елютин в статье «Опыт кооперации в России» утверждает, что принципы кооперации были известны еще во времена первых московских князей. Сохранились записи XIII-XIV веков, в которых участники охотничьих и рыболовецких артелей в Центральной России и на Русском Севере поручались друг за друга и договаривались о «складе», то есть о ведении совместной хозяйственной деятельности.

В дальнейшем возникали артели плотников, каменщиков, кузнецов, ямщиков, ярыжных (бурлаков), бортников, кортомщиков (арендаторов леса и поля). Складная запись 1635 года сообщает о купеческой кооперации, предназначенной для совместной торговли в городах Сибири. Запись от 1654 года повествует о трех товарищах, взявших на откуп сбор таможенных пошлин в Арзамасе и окрестных селах.

В XVIII веке, когда Россия начала строить порты на Балтийском и Черном морях, появилось множество артелей судовых рабочих, бурлаков, грузчиков, браковщиков, шнуров — подрядчиков по доставке грузчиков на корабли. При Петербургской таможне возникла «дрягильская» артель (от нем. trager — носильщик), взявшая на себя досмотр товаров и сбор таможенных пошлин, а также складские услуги.

А купорная артель из Архангельска занималась откупориванием и закупориванием товаров в твердой таре (бочках, ящиках, кипах). В те же годы появились артели ломщиков соли. А на мануфактуры хлынули вольные артели горнозаводских рабочих. К середине XIX века только в артелях Санкт-Петербурга работало около 4 тыс. человек, производивших товаров и услуг на сумму более 1 млн руб. в год.

Причина объединения крестьян и ремесленников в артели во все времена была одна — единоличный мастер или крестьянин не мог полноценно вести хозяйственную деятельность из-за малых объемов производства.

2 марта 1831 года на общем собрании Петровского завода декабристы единогласно приняли устав «Большой артели»

Масляная лихорадка

Швейцарским сыроделам было немного странно, хотя и приятно, встретить отставного русского морского офицера Николая, прибывшего в 1865 году с женой Татьяной осваивать искусство сыроварения. В деревушке Коппе под Женевой он изучал производство тощих сыров, под Фрейбургом — жирных. За четыре года до того участник Крымской войны Николай Верещагин вышел в отставку и поступил в Санкт-Петербургский университет. Причин отставки было две. Первая, как он объяснял в письме министру земледелия Алексею Ермолову, морская служба вызывала у него тошноту,— за годы службы он так и не привык к качке. Вторая — у Верещагина с детства был интерес к скотоводству.

Вернувшись в родное поместье в Череповецком уезде (ныне район в Вологодской области), Николай Верещагин обнаружил, что в округе работают высокоприбыльные сыроварни. Первую здесь открыл швейцарец Лейцингер в 1830 году. Он держал 300 молочных коров и варил до 1000 пудов сыра. Пуд сыра стоил 5 руб., корова — от 9 до 12 руб. Такие доходы позволили Лейцингеру открыть через три года еще одну сыроварню — в селе Павловском.

Вообще, первое в России сыродельное производство было создано только в 1795 году в Тверской губернии в имении князя Мещерского. Довольно долго сыроварни работали лишь в редких поместьях и управлялись исключительно иностранцами, которые не спешили делиться секретами ремесла.

По одной из версий, Николай Верещагин заплатил 800 руб. (очень крупная сумма по тем временам), чтобы обучиться сыроварению у местного мастера, но понял, что потратил деньги впустую. Альтернативную идею подсказал его брат, известный художник-баталист Василий Верещагин: надо ехать на родину сыра, в Швейцарию. Там Николай увидел артельную сыроварню: крестьяне сдавали молоко и делили между собой доходы от продажи сыра.

Подобное хозяйство он открыл на родине, в селе Городня Тверского уезда. Только что отменили крепостное право, и Верещагин хотел дать свободным крестьянам прибыльное дело. Благо два местных помещика пожертвовали капиталы в Вольное экономическое общество, предоставившее ему ссуду. Помогла средствами и земская управа, пытавшаяся привлечь крестьян к перспективному труду. Через год Николай Верещагин открыл артельную сыроварню в селе Отроковичи, затем в Вигодощах. А к 1870 году в Тверской губернии было 11 сыроварен.

В 1868 году инспектировать его сыроварни прибыл химик Дмитрий Менделеев. Через год приехал снова. В 1869-м Менделеев должен был делать доклад в Русском химическом обществе об открытом им Периодическом законе, но ученый поручил доклад профессору Николаю Меншуткину, а сам отправился к Верещагину изучать производство нового для России массового продукта (сыр тогда покупали только состоятельные люди).

В уставе «Большой артели» декабристам удалось воплотить в жизнь те принципы, которые они отстаивали на Сенатской площади.

В 1869 году Николай Верещагин был награжден за достижения в развитии сыроварения орденом Святой Анны 3-й степени. А в 1871-м он основал в селе Едимонове Тверской губернии первую в России школу молочного хозяйства. Несколько лет хлопотал о выделении правительственных субсидий, а пока ждал решения, содержал школу на свои средства и даже вынужден был заложить родовое имение. Здесь из бывших крепостных готовили мастеров по сыроварению, маслоделию, колбасному производству.

В глазах интеллигенции школа была примером трудового братства и скорого светлого будущего. Ее облюбовали «народники» и революционеры. Так, известная революционерка Александра Ободовская одно время заведовала тут учебной частью. А осенью 1878 года помощницей учительницы в школу устроилась одна из руководителей «народников» Софья Перовская.

Артели Верещагина показали высокую рентабельность. Пуд переработанного молока приносил 51 коп. прибыли с продажи сливочного масла. А, когда перешли с жирных сыров на тощие (для ускорения производства), прибыль с пуда молока удалось довести до одного рубля.

Все это происходило на фоне бума потребкооперации, который охватил империю. В 1865 году в селе Рождественском Костромской губернии либеральные помещики Владимир и Святослав Лугинины основали первый ссудосберегательный (кредитный) кооператив. К январю 1871-го в России уже было 73 кооператива — сельских, ремесленных, промысловых и кредитных.

В стране складывался общенациональный рынок, стремительно развивались пути сообщения, рельсовые и водные, с 1864 по 1880 год российский экспорт, в первую очередь сельскохозяйственный, ежегодно рос на 24%. Оживление в экономике стимулировало создание потребительских обществ. В потребкооперацию с головой окунулись князь Александр Васильчиков, академик Николай Бекетов, профессор Николай Зибер. Видным деятелем кооперации стал полковник Иван Жеребятьев, представлявший Россию на учредительном конгрессе Международного кооперативного альянса в Лондоне.

Самой популярной кооперативной отраслью стало производство сливочного масла. В 1894 году на всю Сибирь было две маслодельни, а к 1900-му — аж 1105. В глухих деревнях стали появляться импортные сепараторы фирмы «Альфа-Лаваль», герметичные молочные фляги, лабораторное оборудование.

А что же наш герой сыроварения? Николай Верещагин в 1880 году на Лондонской выставке получил золотую и три серебряные медали. Кроме того, он изобрел совершенно новый способ производства масла из кипяченых сливок с необычным ореховым привкусом. Едва его масло появилось на рынке Петербурга под брендом «Парижское», им заинтересовались шведы, которые, изучив нюансы технологии, стали производить его у себя под брендом «Петербургское». До Верещагина Россия почти не поставляла сливочное масло за рубеж.

Но уже в 1897 году экспорт масла составил более 500 тыс. пудов на сумму 5,5 млн руб., в 1905-м — 2,5 млн пудов на 30 млн, а в 1906-м — 3 млн пудов на 44 млн руб. Продажа масла на рынках Европы приносила казне в 1900-е годы столько же прибыли, сколько все золотые прииски.

Николай Верещагин указывал в письме министру земледелия Алексею Ермолову: «…мне удалось создать промышленность, которая за все 30 лет произвела совершенно новых продуктов на сумму примерно до 200.000.000 рублей».

Удивительно — человек, который создал целую отрасль, кормившую всю страну и озолотившую тысячи новоявленных кооператоров, сам так и не разбогател. До конца жизни он пребывал на скромной зарплате директора сельской школы молочного хозяйства. Сейчас сказали бы: лузер. В те времена говорили: подвижник.

Скончался Николай Верещагин в марте 1907 года в своем имении Пертовка, не оставив семье, как написал в некрологе профессор Калантар, «ни родного угла, ни средств к жизни». Сейчас его могила в селе Любец Череповецкого района, как и имение, покоится на дне Рыбинского водохранилища.

А масло Верещагина известно каждому в России и сегодня: в 1939 году вышел приказ Народного комиссариата мясной и молочной промышленности СССР «О переименовании названия «Парижского» масла в «Вологодское»».

Рыболовецкие и охотничьи кооперативы, подобные артели уральских казаков Сладковых, действовали в России со времен московских князей.

Источник.

 

Подъем кооперативного движения в России наметился только в 90-х годах XIX в., когда были образованы Московский союз потребительских обществ, затем крупный Союз сибирских маслодельных артелей, кооперативный Московский народный банк.

После первой русской революции потребительская кооперация стала подлинно народной: в её ряды хлынули крестьянские массы, рабочие, ремесленники. Вскоре страна вышла на первое место в мире по количеству кооперативов и численности их членов.

Среди всех видов кооперативов преобладали потребительские общества, далее шли кредитные, многообразные сельскохозяйственные.  Примерно 64 тыс. первичных кооперативов служили школой участия, школой предпринимательства.

К 1917 году потребительская кооперация имела свою идеологию, смогла объединить 16 млн. своих приверженцев, создать большие организации и выработать хозяйственный механизм, доказать конкурентоспособность на рынке и, главное, свою востребованность как защитницы интересов простых людей труда. Таковы, вкратце, достижения отечественной кооперации, «унесённые ветром» Октябрьской революции.

Продолжение о потребительской кооперации читайте  в следующей статье.